Перевод с английского Александра Уланова
МОМЕНТ
Этот момент был
раньше. Намного раньше, чем
я действовала; раньше, чем я сделала то,
чего не умаляю
все еще там.
———————
Я забыла, что могла разрушить себя — и
прежде, чем я это сделала
в забрызганном кровью платье она
поет лучше всех
прежде, чем я это сделала
——————————
Окна распахиваются, любимое место
торс
Мы носим
ночные рубашки одного размера
как любые две женщины
могли бы
Почему мы должны
носить их
в этом доме?
Окна распахиваются
к любимому месту, но
я думала
что это я.
Нет, она
отделена у торса.
Я единственная, кто помнит ее — ее
Я помню тебя.
———————————
Мы в огромной зловредной комнате. Я
влезла в нее через окно, говорю я.
Искала древний Суд, а
нашла только дом на восточном побережье, полный
смертельно опасных предков, ох эти портреты,
как мы сами. Мы предполагали
быть одной и той же женщиной.
————————————
Кому сейчас нужна нижняя часть тела,
отражать
неровно
все
цвета.
———————————-
Это было в ту ночь.
Привлечена к суду по обвинению
Влетает внезапно
будто я сделала это
отражение
очертание этого.
Что я сделала или что
Произошло
надев модное
платье, забываю
купила его на фабрике?
не у
тебя, здесь, где ты
только веришь
это
проходит.
——————————
Какова весомость
ношеной
страсти? было ли она пригодна, иначе я
не смогла бы пролезть в
окно
фальшивого дома,
фальшивого тела.
ГОРОД ГОЛОСА
Вам следовало передать
ребенка властям.
Мертвая женщина наблюдала.
Далеко
потому что не видно
судьба слишком далека от некоторых
Как мне показать тебе
как получалось быть
и как остаюсь?
Я не знаю, почему оружие
должно рассказать нам
все, будто это был всего лишь
город. Позиция власти. Если
никто из дорогих тебе
не осуждает тебя, ты можешь убить кого угодно.
У меня во рту капля твоей крови
так что я могу
продолжать говорить. Если
смерть, солдат-ребенок, от насилия
как называется
твоя жизнь? Ответь мне.
Меня не нашли. Позволь мне найти
тебя. Нельзя быть
в спокойствии. Моя гибель
под тяжестью настоящего воздуха, малое
исчезает из виду; это
было логично. Земля
вырастила меня недостаточно высоко
это судьба. Еще
глянец на этих перчатках.
Мне нужно лучше тебя слышать. Ты
не можешь любить меня. Там
это нить существования с самого
моего начала. Я буду так.
Заступничества не требуется.
Хотелось оружие получше; теперь
я не могу этого хотеть, чего я могу
хотеть
от убийцы?
Тебе не придется вспоминать
мы создаем кольцо из
неоспоримого кружева, чтобы заполнить пространство памяти.
Происхождение украшено золотым
рассказом о том,
что как птица появляется
на востоке.
Должная часть? Нет.
Мое имя проколото, я не могу
быть в долгу. Она унесла гранату в ад
огненный шар
для всех, кто умрет в его зале.
Да, это сделано мной. Мной убиты многие
они — мученики
благодаря Силе. Своего рода
власть. У леди ее нет, хотя
ее молоку и крови
эту власть можно приписать; мои никогда бы
не вылечили — не вылечили — тебя. Только слова
могут вылечить нас теперь
наша власть оставаться, чей
источник — наше собственное существование
чистая самость
Мои гранитные подкидыши. Убийцы, которых кружево
любит.
Ты думаешь, что следует знать, кто
говорит: если мы
назовем себя, мы будем принадлежать друг другу.
Теперь, когда ты не видишь отметину
на моем теле, ты
выслушаешь меня?
Передняя и задняя обложки в тон
Ты можешь слышать
меня, не зная, кто я.
Исцелять мертвых? Меня знают
как повод для ссоры или сувенир
Как ты можешь исцелить такую абстракцию?
Вошла женщина
Все говорили
‘человечество’ — холодное
оскорбление; оно длится с моей
смерти, превращения в гниль, груз
корабля
смерти, чья звезда не будет в
моем кружеве. Порожденная смерть
Ваш старый бордюрный камень
не поддается обработке; мы не будем расти
из нашего прошлого.
Вырастет ли мертвый ребенок?
Тебе посоветовали
убить его. В конце концов, у него
было оружие; начни со смерти, а не с
выбрасывания оружия. Эта
голова еще кружится
не успокоена запутанностью, но
безумна от нее: я не могу смириться с тем,
что произошло: позволь мне войти
в мою смерть. У тебя нет
своей собственной. Никто этого не заслуживает,
и мы не связаны
божественной юрисдикцией.
Никто не знает, что уместно, но
если бы она это сделала,
как бы она смогла это вынести? Можем ли мы
превратиться из сломленных
в образец света? Разъединенные…
в красивых словах нет ничего плохого.
Я верю твоей книге, а не тебе.
Мне следует вернуть
ребенка, чтобы они могли судить о ее женском поле
И я забираю ее и убегаю из этого
места, как вы уже поняли
она нуждается в помощи; я буду бежать,
пока не умру. Я все еще бегу? Нет, она
прекрасна это книга
искусства, полная волшебства
Моя воля все еще жива в свободном пространстве
могла бы найти
могилу. Истина обрела не-
изменный цвет, кровь
влияния течет.
С тобой были верность и искренность—
Со мной часто нужда; слишком
скоро они умерли. Ты
забудешь. Все разговоры были о
воспоминаниях. Видишь, моя любовь
свет, я не хочу
я не хочу видеть твой свет.
У меня была любовь к тебе, так почему бы не позвать
к тебе кого-то, кого я не хочу?
Это не твое дело
больше. Но сейчас мы здесь. Этот воздух все еще может
причинять боль, плоской
хрустальной листвой, что мы создаем.
Если бы жизнь зависела от тела,
кто бы это сделал? На нашем старом
языке мы бы сказали, что свободны, но слова
пусты, когда с тобой свобода. У него
было больше денег—у тебя было больше
денег, чем у меня, —
за твое искусство секса. Позабылось принести мое
в аббатство: это бы не
помогло. Они убили нас,
хотя мы любили друг друга. Бога нет.
Нет. Никакой религии. Тебе не нужно
задаваться вопросом, стоит ли тебе
заниматься чем-то другим. Там ли, к кому у меня была любовь, не имеет смысла
Не слишком ли холодный узор
Я горю в нем; тот другой огонь
кто-то заставил меня это сделать
Нет, я тебе не верю. Солнце —
это все, что я есть. Он получал деньги за свою
порнографию; мне тоже хотелось
продать «эрос», потому что тогда у меня была бы
любовь, если бы это были деньги.
Все, что у меня было для обмена; какого именно
Они смешиваются. Самым сильным было
любое видение: продажа себя за зрение
Теперь его слишком много
Не так много, так что тебе не нужно
наблюдать это, здесь, в кружевах, прикладывая
свои руки возможно, тебе больше не потребуется
демонстрировать искупительную силу
секса. Помни
все те
чувства внутри, о которых никто не говорил
или которые никто бы тебе не позволил испытывать.
У меня получилось бы вынести те, что были
мне непонятны; остальные
подлежали одобрению. Я причесываю
их, разлучая
с верой. Ты говоришь,
что можешь увлечь планету.
Ты можешь
взбесить миногу. Ты, Ты
Из безмятежного шелка моего
тела я вытягиваю свой разум
вверх по лестнице с плоской земли к
открытой опере. Я это не делала. Я была
разъята. Кто
любил меня? Ты подкрадываешься и бьёшь
Никакого бога. Там все мы украшены
орел, выбранный сейчас
в нашем искусстве. Твои изделия —
драгоценные камни, придающие силу
нашей практичной
ткани. Прикоснись
к этому сексу, столь изъеденному непогодой, прикоснись
к шипу,
к пупку цвета амбры. Следуй правде.
Каждый — море, во всех морях:
город. Я сражаюсь
с тобой, прежде. Три
Судьбы связаны крючком из коричневой пряжи
у них каштановые волосы
зачесанные назад в стиле какого-нибудь
столетия — есть ли у нас столетия? Каждое
время моей любви к тебе
сейчас во всех морях.
Тема моего пребывания —
оплодотворение
самости. Изнасиловав ее, они утащили
ее вниз. Он забрал ее в свой мир,
но мной основан
город, не ангельские глаза, идет снег
перед ними и на белом океане.
У меня получилось найти
тебя. Ты не можешь заполучить меня. Означает ли это мою
обреченность? Ты не знаешь,
как причалить.
Этот город не стоит на месте. Мне не следовало
давать три бокала.
Не ищи меня. Но
это навсегда
Он пытался удержать нас только в одной части
поместья.
Ты мрачнеешь, кто предал тебя?
Это был коллективный приказ, от
бездумного
ограниченного озера, где мы сгнием.
Отказываясь верить в будущее,
тьма его людей
бог-каннибал.
Каждый — море, во всех морях.
Чтобы оплодотворить себя, ты,
ты.
Звоню в какой-то город. Сейчас не помню.
Я теряю из виду
крепкую башню, в снегу, мной
никогда раньше не виденную. Покинь
шампанское. Оно оставлено мной
у дома
Судеб, таких нежных, молодых увлеченных
в этой работе
все было о любви, а теперь они делают вид,
что это не так. Власть убивать
принадлежала кому-то другому—
у меня не было никакой власти, кроме
этой, наступающей сейчас. Все время повторяет:
возвращайся, ох, я
не собираюсь спускаться. Здесь
нет уровней.
Твой кошелек
потерян, твое представление о себе
потеряно. Другая самость оплодотворена мной
Тебе больше никогда не придется
давать показания. У меня
нет обязанности быть за тебя или против тебя
Что, если ты причинишь мне боль?
Сейчас это невозможно,
потому что богов нет. Только
город, где так много судеб
ушло, невспоминаемые присутствия.
ГОРОД ПРИЗРАЧНЫХ ПРАЗДНИКОВ
Постарайся найти
центр ночи. этот город
Разрыв слушанья. Я не могу вынести.
Дидона надлежащая жертва
заставляет все бутылки греметь
на ветру наших вновей.
Я хотела иного вновь.
Это иное
————————————
Перечень
моих
грехов
вещь
которую Маат
смахивает
в реку
текущую
по приговору суда
буквально миллион лет назад.
Мне надоело осуждать вашу бойню,
она говорит,
оставлю вас всех в покое
с этим
—————————
Задача Дидоны
на протяжении двух тысяч лет
совершить
самоубийство
после
ее смерти, после
разрушения римлянами ей
основанного
—————————-
Работа ведьмы. изменять
время
которое тянется короткими отрезками
между
событиями как бесчисленные
разрушения городов
наблюдающие за мной. Но это не так.
Если ты изменишь природу
событий
изменишь ли ты время?
Событие: я присела
поговорить со всеми
кто когда-нибудь жил.
———————-
“Моя страна
разрушена и это не исправить”
время так любило
женоненавистнический Рим
всегда падающий
Я, ведьма, никого не прощу
вместо этого изменю задачу Дидоны.
————————————
Человек, с которым все
скучно,
скучен во всем, что он делает и что с ним
делают другие.
Он обречен
быть частью своего
скучного мира.
Есть еще человек
с которым всякий обречен
быть
двуличным
Все — обман и афера
в мире придорожных заведений больших парней.
Помоги ему солгать, носи специальную
одежду
для этого.
—————————————
ВОТ КАК Я ПЕРЕЛОМИЛА ЭТО
Они сказали что у меня не должно быть
этого — времени — так
Я взяла его.
И убрала того, кто превратился в куклу.
—————————
Мы призраки ждем вне времени…
Дидона стихотворению: Все ли мое вспоминается
сейчас
так что город продолжается.
Принимаем ли мы это, говорит голос
Он стал слишком стар, чтобы быть мудрым; нам
пришлось выйти за его пределы
в знание
поэзии, этого призрачного, вневременного состояния.
————————————
Стихотворение, стихотворение,
всегда
моя настоящая страна
На обложке коллаж Сергея Хана
Добавить комментарий