Поэзия для меня – способ мышления, удобный для попыток ухватить истинность чего-либо. И показать эту попытку, поскольку ясность и истинность совершенны в своём ускользании. Прежде всего себе показать то, что способен сделать язык, как если бы он был фотографом с фотоаппаратом из параллельной реальности, запечатлевающим другую реальность. Но если нашёлся читатель, который тоже что-то важное для себя почувствовал или увидел, услышал в стихотворении – это уже маленькое чудо встреченности. Поэтическое состояние/действие для меня всегда сочетается с некой внутренней или внешней механикой: будь то ходьба, дыхание, треск горящих дров, течение воды, ритм, заданный поездкой в транспорте, прочие вибрации, как бы способствующие разрешению от навязчивой случайной необходимости «это» собою и из себя произвести.
Настя Пяри
***
такая корочка льда на губах
и иголочки инея
а внутри, наверное, жевательный мармелад
со вкусом колы
не размыкаются
атрофирование речи
возвращает в дикообразное состояние
но четвертичный период кайнозойской эры
уже породил эхо, говорившее на наших языках
и под пласты написанного легли
согревание, окутывание и проникновение
кормление, совместное разделывание
и разделение еды
как таинство первобытной любви
хрупким мелом и вязким битумом
под корочками и иголочками льда
со вкусом клюквы
мы овладели поддержкой
близости на расстоянии
а слов для выражения нежности
так и не придумалось
заложить бы имя своё
за возможность
полежать на твоей холодной стопе
горячей щекой в первобытном пушке
но ничто не возьмёт
***
осушённые яблоки
приоткрывает утром
сначала одно
новых сообщений нет
и вибрация ожидания
пускает рябь по поверхности
приложить ладонь к лодке
приладить ощутить гладь
перевернуть вернуть воде
твоей солоноватой
или торфяно-нежной
прибрежная кромка в пушке
с губ плакучих весталок
там за занавеской лозы
уже хлынуло в щели
запахом сухого помёта
мокрого пшена и псины
ещё одно новое лето
снимай майку –
будет наш флаг
постелим его под ноги
ШАМАНСКАЯ БОЛЕЗНЬ
стоило отпустить руку…
оседлав бубен, скакала –
над неровностями ландшафта
графитово поблёскивавшими
в карандашном рисунке луны.
вот она идеально кругло
отразилась в черноте углубления
и ослепила козлиный глаз бубна –
зеркало для бритья
вращающейся дверью
прикрывало вход в нору.
взять его шептала намокшая гарь.
послушалась, и магнит за грудиной
потянул в неизвестность,
всосало и турбулентно понесло –
и стала молить, чтобы по окончании сна
ты не ругалась за этот провал.
выноси меня, кривое да нелёгкое,
ешь моё тело, бабушка, и другая,
пока капают часы с бубна – ешьте, дедушки,
и своим несите по кусочку поминать,
да с дырочкой в сердце, сестрёнка, ешь.
пей, весна, и тень от луны лакай из меня.
расходитесь по закапанным красным углам
да молитесь, чтоб не ругала она меня
за сон, в котором её не могло быть,
за то что вернусь не сама собой
с притороченным за поясом
зеркалом для бритья,
на бубне, в очах которого тетрис
высри меня, предково-земляное нутро,
традиционно норой на пустырный берег,
где обрастает молодым домом печь.
мякиш бугорка большого пальца
чувствует пожимание твоей руки,
и слышу: давай переоденем тебя в сухое.
***
слово невдубстрой бодрит
стирает как гранатовый сок с лимоном
маревность бесконтрольных мыслей
оно выбито на виске электрички
и поддалбливает желной
из моего рта в простор светлого
как больничная палата вагона
и я тихонечко выпускаю невдубстрой
отвернувшись к окну – но
дятел просунул чёрную голову
меж зубов дупла и – обратно
над ижорой, над тосной, над мгой
несу в ковше мандибулы
нев… не в дуб строй… ными рядами
берёзы указывают на то, что
свернули от севера невтуда
и летим над уморой, тоской, мглой
хоть на полвека бы глаз прикрыть
но бодрит, бодрит невдубстрой
и желна ворочается желваками
за приспущенными щеками в знак
траура и того что им скоро полвека
выйду на станции одиннадцатый километр
заору в сторону леса: невдубстрой!
полетит чёрный дятел и рассыплется
несоциалистическими стройками
на бровках дубрав
по стройным бёдрам и голеням
берегов невы, ижоры, тосны, мги
всё, теперь можно возвращаться и спать
до упора в московский вокзал
NARCISSUS POETICUS
болезненные происки идентичности
привели в интернет-магазин садовых растений
проверяем человек ли вы
это может занять несколько секунд
подтвердите, что вы человек
выполнив указанное действие
навожу курсор на квадратик, клик
это было просто, как люди
чувствую примерно сколько меня/нас
в интернет-магазине садовых растений
мурмурация томления, наслаждения
несовпадения и посткоитальной скорби
по форме напоминающая меня
в моей лучшей, ещё не бывшей форме
я сон ветреницы-анемоны
я в корне мочковатый нарк
стебель её опустошён
и завидует моей слизи
когда я об этом узнал, стал думать
клубень у неё там или луковица
как это называют другие
как это ощущает она
в интернет-магазине садовых растений
я нашёл фото, похожих на моё отражение
простые как дорогой фарфор лепестки
и лунный фломастер очертил оранжевым
кант на моей короне. маленькой
аккуратной короне – от мамы досталась
дрочка на корни приятна, приятна, приятна
когда кроме собственной красоты нечего предъявить
а меня даже полицейские отпускали
потому что боялись, что начальство увидит
как у них на меня стоит – когда я стою. стоял
всем своим видом крича: «свободу всем»
а я им говорил: мои деды покрывали весной
склоны альп и карпат и склоняли стада
отведать ликорина и изойти слюной
а то и кончить параличом
на этих словах они облизывали губы
и крепко сжимали рукоятку дубинки
фантомная, высвобожденная из истреблённых
жалость замерцала в молекулах нечтоменя
дождь пошёл, пахнет земля, ласточки кружат
и можно почувствовать, как на одном из концов сети
anemone coronaria просит chatGPT
разложить ей таро на моё отношение к ней
мурмурация томления, наслаждения
несовпадения и посткоитальной скорби
по форме напоминающая меня сличает воспоминание
о своём отражении с картинкой narcissus poeticus
и не кликает «заказать», потому что ветер гуляет
там, где люди когда-то сажали себя
луковицы стали свободны, проросли или сгнили
анемоны покрыли луга, им, как и весне, всё равно
они не чувствуют, не мыслят и дела им нет
дел нет. только облака высвободившегося чего-то
чему уже никто не даст названия ни на каком языке
интернет-магазин садовых растений упадёт раньше
чем перестанут работать электростанции
залипнув на фото цветка чему-то вроде нас/меня не умереть
***
в прямоугольнике кровати
нет законов. только свободы
и как одна из гарантированных мне –
мечтать о лете, закрывая глаза перед сном
двухполосное шоссе с пыльными обочинами
справа море, слева сосновый бор
где-то меж ними подвешен гамак дачного посёлка
мальчишки жужжат мимо на штуках
похожих на те, что в моём детстве
назывались мотороллерами и мопедами
сейчас у этих игрушек явно новые модные имена
но я их не знаю. у меня нет знакомых мальчишек
я сворачиваю и пробираюсь мимо домишек
с лающими шпицами и чихуахуа – понаехавшими
в корзинках благополучных дачниц
я притворяюсь своей и здороваюсь через забор
с дамами в соломенных шляпах
у меня нет дачи, я живу в комнате на базе отдыха
только шесть выходных в сезоне
за железной дорогой поляна, за нею
оранжевые, вечно загорелые ноги сосен
ложусь под высокую гроздь наперстянки
засовываю ей палец в цветок:
угадай – кто?
а вот и не угадала! вовсе не шмель!
интересно, что же мне будет сниться…
На обложке: «White Anemone» by Brian Dewey
Лицензия: CC BY-NC 2.0
Добавить комментарий