я ощущаю рождение стихотворения как взгляд в зеркало, встречу с отражением, которое появляется раньше меня самой. чаще всего – это свет и мгновение, что остаются на стекле, а после проносятся сквозь блеск глаз и оживают.
поэзия для меня подобна и зеркалу, и глазам – это одна из возможностей взаимодействия с миром, только через световой отпечаток, преломившийся во взгляде и застывший в словах.
Анна Майшева
***
я зеркалила небо всем телом
и тем что осталось от глаз
в конце тишины — ты молчишь
опуская в блестящие воды прощание
карточный дом вдалеке состоящий из слов что раскосо стоят поверх крыши
недолго осталось и ветер в моей голове все значения расставит на те же места
и на тех зеркалах отражение где только недавно читалась тоска
где смотрели на небо белым пятном или белая птица застыла в декабрьской раме
сколько стоило мне дотянуться до рук
прерывая движение звёзд почти незаметно
столько тебе до земли —
и смотреть как рассыпаны звёзды на теле
***
если возможно собрать всё что осталось от сердца
в маленькие льдинки бьющегося стекла
в один взгляд что смещен к
y las manos del hombre no tienen más sentido que imitar a las raíces bajo tierra1
я помню как дышит земля
в ровных тактах константа спичечного коробка словить на себе взгляд
бумажные стены роняет лиловый ветер
дыши ровно дыши словно сейчас не время слезам
не время искать на морском дне три тысячи стрел пронзивших грудь солнца
а что до тебя – праздный ветер уносит прочь вложенный в твою руку лист церциса
туда где корни поют песню тоски
***
когда я думаю о вещах которые мне открывались
под синим прозрачным пластиком почти из стекла или когда
я вспоминаю фразу «я хочу показать тебе реку» – каждая из этих вещей
несла в себе что-то
мной неразгаданное или что-то совсем простое но не менее невозможное
чем снова в них оказаться
я помню триады глаз развивающихся на ветру
как что-то почти повседневное
она обложила ноги искрящимися лазурями из эпикризных подборок
всматриваясь в меня оставшимся только одним глазом
она говорила на языке каком-то совсем далеком:
ветер застыл в ожидании а любовь в невозможности ее выразить
***
не смотри на меня глазами голографически выверенными
и не верь что сегодня двухзвездный ливень клюёт осколки вырванного из контекста
мысленно повторяй имя из букв что даны тебе как спасение и дыши на звёзды расплывающиеся вдоль
***
если бы сердце молчало
тело яблони отразилось в мутной воде
уплывающая тоска и течением унесло листья
зрение – рана – основу берёт у виска и стекает ниже
если бы только ты видел во мне больше чем этот зрачок с невозможностью
или дальше оптометрических символов оптического ружья готового дать осечку
что со мной сотворили эти глаза?
бьюсь словно рыба об лёд головой бескостной и дышу паром поднимающимся ввысь
***
о знаешь послушай послушай
сейчас самое время сквозь разветвления рваных листьев
о эти листья пьяные листья дрожащих слов
но в мгновении собраны тринадцать созвездий заключенных под стражу моего сердца и поэтому слушай
город остыл и сегодня влага течет с потолка но суть не в этом
а в том сколько заплаканных глаз сложились сегодня в одно зрение в один хронотоп
сколько же? тринадцать бьют об тринадцать заплесневелых созвездий
дрожь обернулась громом и гирлянда из роз высохла и рассыпалась
собирай в ладони её и неси к солнцу
сказать нечего? нечего говорить но начну я
или оставь свое сердце в тени осоки
осколки искать по траве а лучше мы там их оставим
как осталась немой часть моего сердца
но это вопрос к времени и вопрос о созвездия разбивается
***
я всегда любила ночные заправки что несут в себе дух
чего-то киношного и в конце концов это пространство где можно остановиться
пусть визуально
скрежет внутри меня повторяет:
я выросла из обломков где глаза солнца и кровавые переливы раздроблены в белый свет
а ты состоишь из растерянных по дороге бликов неуловимых и ярких
как огни на заправке
На обложке: «Bulletproof» by Daniel Kulinski
Лицензия: CC BY-NC-SA 2.0
Добавить комментарий