Мне кажется, я в первую очередь наблюдатель. В поэзии, как и в другом искусстве, для меня очень важно внимание к незаметным деталям, внутренним связям между вещами, тонким изменениям в окружающем или внутреннем мире (между ними сложно провести границу). Документальность, визуальность и вообще опора на органы чувств – то, что я чаще всего сознательно выбираю, чтобы поместить в фокус стихотворения нечто, что для меня, первого читателя, будет открытием.
Таня Крылова
***
Когда мне было четыре,
Я, под присмотром родителей,
Почистила первое в моей жизни яблоко.
(Оно быстро чернело.)
Нож был небольшой, самодельный,
С наборной рукоятью
Из цветного оргстекла.
Такие всегда переливаются на свету
И кажутся драгоценными.
(Говорят, это тюремная практика,
Но мой дед никогда не сидел в тюрьме,
Просто любил делать вещи руками.)
С тех пор мне было можно пользоваться ножом без присмотра.
Яблоки я чищу всё так же:
Разрезаю пополам
И круговым движением вырезаю серединку.
Позже я узнала, что можно делить на четыре части
И вырезать треугольник,
Но это всё не то.
Детские ритуалы консервативны,
А выверенность автоматизма в движениях
Каждый раз празднует забытую победу —
Тот огромный прорыв к независимости.
***
Я сажаю розы на твоем окне,
Но приживается только толстянка,
Купленная в момент твоего отчаяния – моей надежды
Рождество и морозы крестили её
А твоё неуверенное согласие
И память о трех солнечных днях
Среди бездны тревожной осени
Дали сил продержаться до лета
***
Я оплакиваю тебя каждый день.
Мир стал меньше и твёрже с тех пор
Мы высекаем из него, как из кремня,
И заставляем вращаться шар /над головой/.
Я оплакиваю каждую ветку и ветер,
Угол в доме и цветы за окном,
А больше всего невидимую ткань
Текста, в котором мы живём.
Каждый лист на солнце — протянутая ладонь.
Каждое яблоко — твоё сердце.
Я трогаю книги в картонном доме,
В пасмурном доме опущены жалюзи,
Будто всё ещё больно твоим глазам.
Каждый шаг к сентябрю отмирает во мне,
Море уносит наши платья /в Северный Ледовитый/.
Только ты знаешь: это движение в сторону весны.
***
Говорят: устрой роман с собой
И будешь успешен и счастлив
Я смотрю на розы в углу стола и думаю:
Все мы иногда своя прекрасная дама
Моё сердце занято каждым из вас
Но это не значит, что другим в нём нет места
На распутье между автовокзалом и аэропортом
Я боюсь вспомнить, что никогда не купалась в море
***
Маленький мостик
Любовно уложенный через ручей
С другой стороны забора
Три тонкие ветки
Там, где можно шагнуть
Просто по воздуху
Но в них вся нежность к воде
МАРТОВСКИЙ САД
Посадила лимонные косточки в землю.
В этот день температура первый раз не опускалась ниже нуля.
*
На оставшихся размоченных семенах
я рассматриваю щель в кожуре.
Жду семядольные листья.
*
Тонкая былинка возникла из ниоткуда,
от простого полива земли.
Словно те мыши, что заводятся в ворохе тряпок.
*
Радостны первые всходы.
Весна упрямится, но свёкла — самый надёжный партнёр для раннего сада.
Скоро будет куститься на солнце.
*
Тонкие былинки не выдержали перехода к весне: открытые окна впускают весенний воздух вместе с ночной прохладой.
Только самые стойкие выжили на сквозняке.
Лимон держит голову в земле, будто бы чует, что ещё небезопасно подниматься во весь свой рост.
*
Красно-зеленая пушистая зелень как манифест пришедшей весны. Шапка кудрявится над подоконником.
Когда-то дважды зимние розы увяли в этом горшке.
Сила жизни непостоянна.
На обложке произведение Сергея Хана
Добавить комментарий