Беседу вёл Иван Алексеев (в интервью: АИ).
Перевод интервью с английского Арины Чечеткиной (под ред. Насти Головановой).
Переводы стихотворений с китайского Ивана Алексеева.
Чэнь Чжао-юань (陳昭淵; р. 1985) – современный китайский поэт, дизайнер и медиахудожник из Тайваня; автор восьми поэтических книг и четырех персональных выставок. Окончил Университет Тайбэя по специальности Изобразительные искусства. Дебютировал сборником «Пополам и еще пополам» (對折再對折; 2011), последняя книга «Глубоководные работы» (深海作業) вышла в 2025 году*. Двукратный обладатель почетной премии «Золотая бабочка» (金蝶獎榮譽獎) за книги «3D рентген» (3D透視; 2013) и «Медленные тени» (緩慢的影子; 2016). В своей творческой деятельности Чэнь стремится достичь комплексного влияния на читателя, активно задействуя материальное измерение печатной продукции, а также аудиовизуальные и динамические медиа. Живет в г. Таоюань.
Поводом к настоящей письменной беседе стал сборник «Через Вселенную» (通信宇宙; 2018) и окружающие его художественные практики в контексте жанра «научной фантастики».
Пекин – Таоюань
21 июня 2025
***
АИ: Мне бы хотелось начать с более общего вопроса о «научной фантастике» как о жанре в целом. Интересуют ли тебя произведения искусства, относящиеся к этому направлению: романы, фильмы, комиксы и тому подобное? Может быть, есть отдельные авторы или работы, оставившие наиболее глубокое впечатление или даже вдохновившие на «трибьют»?
ЧЧ: Меня с самого детства увлекали темы науки и космоса. Я часто посещал научные музеи, где рассматривал модели небесных тел. В моем представлении, «научная фантастика» есть «научное воображение» – креативный подход, укорененный в науке, но тянущийся за пределы физической реальности. Спекулируя и строя догадки о будущем, научная фантастика исследует темы космических путешествий, перемещений во времени, искусственного интеллекта и внеземной жизни. Такие вымышленные нарративы дают нам возможность осмыслять человеческое существование – социально, философски и этически.
Мой интерес к научной фантастике берет начало в чтении научно-популярных книг еще в детском возрасте. Концепции вроде звуковых волн и образы космонавтов, исследующих просторы космоса, которые фигурируют в сборнике «Через Вселенную», были вдохновлены Золотыми пластинками «Вояджеров». В 1977 г. NASA запустило «Вояджеры» 1 и 2 для наблюдений в космическом пространстве и снабдило каждый граммофонной пластинкой – их содержимое познакомит любую встретившуюся на пути внеземную форму жизни с Землей и человечеством.
Моя страсть к научной фантастике также многим обязана анимации. Ребенком я любил комиксы больше, чем книги – меня глубоко впечатлял их безграничный простор для воображения. Особенно захватывали истории о перемещениях во времени и о путешествиях в другие миры, например, «Рыцари магии» (Magic Knight Rayearth) от группы CLAMP. Еще раньше на меня повлиял Фудзико Ф. Фудзио, в его серии научно-фантастических рассказов воплотились нестандартные взгляды на мир и космические образы. Его «Дораэмон», на самом деле, тоже произведение научной фантастики.
Я давно считаю, что в своей наиболее развитой форме наука в конечном итоге сливается с философией и теологией. Сейчас я смотрю сериалы «Тьма» и «Задача трех тел». Похожим образом научные и религиозные воззрения переплетаются в сборнике «Через Вселенную». Еще мне нравится «Черное зеркало». Пусть оно пессимистично и жестоко в изображении технологий, но все же отражает нынешнюю реальность и служит нам своеобразным предупреждением. Что до моего творческого процесса, я бы не сказал, что ссылаюсь на какие-то конкретные произведения. На моих работах скорее сказывается совокупность многих влияний.
АИ: Несмотря на то, что область современной поэзии в целом открыта для самых разных стилей и экспериментов, «научно-фантастическая поэзия» кажется не самым часто употребимым понятием. В обсуждениях о природе «научной фантастики» многие критики сходятся в том, что идентичность этого жанра неразрывно связана с категорией «пространства», предполагающей конструирование фикционального мира с тем или иным количеством допущений. Сам заголовок твоего сборника «Через Вселенную» недвусмысленно отсылает к «межпланетному пространству» – ключевому топосу научной фантастики, а в послесловии ты также подчеркиваешь важность переключения между «повседневной» и «галактической» оптиками. Наконец, космический простор представляется общим сеттингом всей книги – фоном, на котором подспудно разворачивается посвящение твоей скоропостижно погибшей кошке Majo. Так или иначе, все перечисленное напрямую корреспондирует с категорией «пространства». В связи с этим мне интересно: какую роль «пространство» играет в твоей поэзии? Было ли какое-то событие в твоей жизни, подтолкнувшее тебя к переходу на такой «вселенский» уровень наблюдений? И если возможно, мог бы ты подробнее рассказать про обстоятельства создания отдельных стихотворений – в какой обстановке к тебе пришли те или иные идеи?
ЧЧ: Юй (宇) означает «небо и земля, верх и низ», а чжоу (宙) – «прошлое и настоящее». Вместе они составляют китайское слово юйчжоу (宇宙, «вселенная»), которое охватывает и временное, и пространственное измерения. Когда люди задаются экзистенциальными вопросами – «кто я?» «откуда я?» «куда я направляюсь?» – ответ так или иначе затрагивает категории времени и пространства. Так как научная фантастика работает с «научными предсказаниями», она, разумеется, направлена в будущее. Но чтобы описать, «что происходит» в мире будущего, нарратив нуждается в сцене, и этой сценой выступает пространство. Для меня «пространство» никогда не было лишь картографическим термином, оно является также и сосудом, вместилищем эмоций. Пространство может быть зданием, событием, да даже фразой, человеком или котом. В широком смысле, пространство – это носитель, и таким образом оно содержит в себе поэтическое начало.
«Я» существует в мире, который является своего рода пространством. Вместе с тем, как живое существо и вместилище чувств, само «я» – тоже пространство, вбирающее в себя воспоминания и эмоции по мере движения сквозь время. На письме я пользуюсь «пространством» как повествовательным объективом: посредством слов я могу задавать масштаб и степень реальности, свободно перемещаться между микро- и макромиром, от близости прикосновения до логики целой вселенной. Увиденные с разных точек обзора, вещи наделяются разными смыслами. Как, например, в «001%», первом стихотворении второй части «Через Вселенную»:
смотря на атмосферу Земли
с точки зренья Вселенной
чудо что я увидел
было простой случайностью совпадения
以宇宙的視角
俯瞰地球上空
我所看見的奇蹟
是一種相遇的機率
Если смотреть на Землю из космоса, то она кажется такой огромной, что вероятность встречи двух маленьких людей представляется ничтожной. Однако иногда крупное и малое переплетается, как в «Метеорите»:
каждая точка пережившая столкновение
по тебе изнывает
每個撞擊過的地方
都很想念你。
Здесь образы намекают одновременно на столкновение и человеческих, и небесных тел.
АИ: Полагаю, ты уже догадался, что я неслучайно обратился к теме «пространства». Твои художественные практики простираются далеко за пределы поэтического письма: помимо собственно текстов, ты также предпочитаешь брать на себя ответственность за верстку, дизайн и распространение книг. Кроме того, у тебя есть внушительный опыт организации выставок – например, за выходом «Через Вселенную» в том же 2018 году последовала инсталляция «Пришельцев видят одни лишь пришельцы» (只有外星人可以看見外星人). К сожалению, по разным причинам во время проведения это событие не получило достаточного освещения в медиа, поэтому нам остается лишь реконструировать контекст того времени. Как бы ты описал взаимодействие своих поэтических и художественных практик? Что вдохновило тебя на создание инсталляции? Повлияли ли на ее стиль работы других художников? Может быть, ты поделишься с читателями, как следует интерпретировать эти «инопланетные» экспонаты: что же такого, с твоей точки зрения, произвели эти самые пришельцы и как их устройства могли бы функционировать?
ЧЧ: Мне всегда казалось, что поэты и художники по природе своей маргинальные или даже инопланетные существа. Они часто выходят за рамки мейнстрима, смотрят на жизнь несуразным или нестандартным образом. Поэты часто воспринимаются как загадочные персоны, которые создают непонятные, не поддающиеся расшифровке тексты – то же можно сказать и о многих художниках. Но все их эксцентричные идеи совершенно легитимны в эстетических практиках. Поэтому творчество столь привлекательно. В каком-то смысле, образом жизни деятели искусства схожи с пришельцами: они видят и осмысляют явления, которые оказываются вне поля зрения других людей, или которые могут показаться чересчур… чудными [смеется]. Иногда я шучу, что поэты – это пришельцы, по воле случая высадившиеся Земле, а их стихи – это доклады о наблюдениях. Эта забавная мысль и легла в основу моей выставки.
Я считаю себя инопланетянином, рожденным на Земле по ошибке и живущим в соответствии с логикой, отличной от людской. Я переосмысливаю каждый аспект своей жизни, как если бы брал пробы на чужой планете. В этом плане и поэтический сборник, и инсталляция стали моими отчетами, полными открытий, вопросов и озарений. Закончив работу над книгой, я хотел продлить ее «коллажность» и особое настроение за пределы печатных страниц, и пространство выставки сделало это возможным. Я вообразил, что пришельцы могли бы принять выброшенные человеком вещи за сокровища. По этой причине я использовал бытовые вещи, но пересобрал их способом, оторванным от прагматики. Например, я обернул фигурки животных в чулки, лишая их биологических черт. Еще я собрал вместе улиточные панцири, фрагменты плитки и куски метала, сконструировав из них воображаемый генератор энергии.
Представленные на выставке работы были вдохновлены главным образом двумя художниками. Один из них – Джозеф Корнелл, автор поэтических коллажей: он создавал сюрреалистические сцены, располагая разнообразные предметы в деревянных коробках. Второй – Йозеф Бойс, у которого я научился художественному этосу: оживлять обычные вещи, создавать ускользающие, непредсказуемые и эфемерные работы, побуждая зрителя не только к созерцанию, но и к участию. В этом смысле работы на выставке «Пришельцев видят одни лишь пришельцы» заключают в себе надежду на некий «духовный резонанс» или «телепатический контакт». Я верю, что любой человек искусства – сознательно или нет – ищет аудиторию, способную к эмпатии; а может быть, это сами работы излучают определенные частоты, привлекающие настроенных на них людей. Пришельцы узнают пришельцев – иными словами, мы распознаем друг друга, находим свое племя, слыша тихий, но искренний зов души, обращенный к другой душе.
АИ: Твой сборник посвящен домашнему питомцу, а в твоей инсталляции нередко можно встретить «животные» образы. Когда ты впервые обратился к не-антропным акторам в своем творчестве? И какие перспективы, на твой взгляд, такой ракурс письма открывает в контексте «научной фантастики»?
ЧЧ: По правде говоря, я не провожу строгих границ между антропным и не-антропным, но о животных мне нравится писать больше, чем о растениях или других предметах. Животный мир располагает разнообразием сенсорных ассоциаций. Движения, позы и мимика животного тесно связаны с человеческим эмоциональным спектром. Например, когда игрушечный зверь утыкан по всему телу тонкими иглами, то этот визуальный образ откликается чувством боли. Он одновременно очарователен и жесток, отчего вызывает в зрителях противоречивые эмоции.
Мое творчество в значительной степени сформировано эмоциональными переживаниями, поэтому сенсорное измерение здесь принципиально важно. Когда я пишу о чувствах, то зачастую избегаю изображения людей, предпочитая обращаться к образам животных. Тогда появляется едва уловимое ощущение некоего дистанцирования, тайны. Использование одних лишь человеческих образов может показаться слишком очевидным или прямолинейным, тогда как задействование животных открывает альтернативный путь, порождает «разлом», усиливающий поэтический эффект. Потерявшийся кот, медведь в спячке, брошенный голубь… Эти образы запечатлевают чувство тоски или какое-либо воспоминание и избавляют меня от необходимости выворачивать собственное нутро.
Анималистические символы также часто наделены аллегорическим или мифическим подтекстом. Взять историю Ноева ковчега: если бы туда были допущены только люди, то история утратила бы свой шарм. В повседневной жизни едва ли у нас есть возможность взаимодействовать с животными творчески: раскрашивать их кожу, составлять из них пирамиды или придавать им иные формы… Но искусство стирает эти ограничения. Оно дает возможность на мгновение взглянуть на мир глазами Бога, ощутить себя в роли творца. Кроме того, образы животных заключают в себе ощущение непосредственного и осязаемого живого присутствия. Для меня это способ рассматривания вблизи, роднящийся с грамматикой поэзии – имитация жизненных мутаций и перерождений.
АИ: В заключение нашего разговора мне хотелось бы вспомнить момент, о котором ты упоминал в нашей переписке, а именно – что вскоре ты намереваешься выпустить новый поэтических сборник1. Не мог бы ты поделиться с нашими читателями его названием и самой общей идеей? Может быть, эта книга также соотносится с обсуждаемыми сегодня вопросами?
ЧЧ: Я еще не определился с названием. Я держу несколько вариантов в голове, но пока что я хотел бы оставить их при себе. Для меня название книги сродни дверному проему. Оно определяет, как читатель войдет текст.
Новый сборник отразил в себе ряд переломных моментов моей жизни: я достиг среднего возраста, пережил пандемию, покинул место, которое более десяти лет называл своим домом… Эти и другие переживания вызвали к жизни стихотворения, вошедшие в книгу, поэтому она вмещает эмоции, рассредоточенные между прошлым и настоящим. Здесь обнаруживается связь и с другими темами, которые мы уже обсуждали: следы, оставленные ходом времени, а также приобретения и потери, вызванные изменениями в пространстве.
В сравнении с межзвездными перспективами и научно-фантастическими мотивами сборника «Через Вселенную», надеюсь, сеттинг и образы новой книги будут ощущаться более «обычными». Под «обычным» я имею в виду не банальное или монотонное, но что-то более близкое к первичной структуре, тихому ритму, столь же естественному и глубинному, как вращение Земли. Здесь поэзия становится способом наблюдения за мировым порядком и великолепием вселенной, рассмотренными изнутри повседневного хода жизни.
Творение – это поперечный разрез жизни. В новом сборнике я надеюсь увековечить что-то для моей ослабевающей памяти, а может, он послужит фотокамерой, которая запечатлевает меня в текущем моменте. По мере взросления я осознаю, что мои переживания уже не такие интенсивные и изменчивые, как были в молодости. Иногда я задумываюсь, сможет ли меня теперь что-то столь же сильно тронуть, или смогу ли я вновь полюбить всей душой. Желание снова удивляться непостижимости жизни – такова тема нового сборника. В каком-то смысле его можно понять как книгу о пришельце, который учится быть человеком. Чем это не научная фантастика?
Ссылка на англоязычную публикацию.
Ссылка на китайскую публикацию.
Более подробная информация о книгах и инсталляциях
Чэнь Чжао-юаня доступна на официальном сайте поэта.
переводы из сборника «Через Вселенную»
*
босыми проходим безмолвные гроты
странствуем словно огни по Вселенной
свет вдоль путей возжигая
пока нас самих гасят ливни
*
我們赤足走過一個又一個寂靜的洞穴
像團火焰遊歷宇宙之間
沿路燃起光彩
同時被雨暈開
I
001
для мальчика и его Бигля
это – путешествие жизни
эволюционировать вплоть до полета
нестись со скоростью света
стирая следы миллиардов лет
соскабливая чешую с тел
за время в пути сколько помех просеет приемник
и сколько произойдет столкновений
прежде чем две звезды наконец-то сойдутся?
все ради того чтобы запечатлеть поцелуй
тайну из тайн
001
這是少年與他的小獵犬號
一生一次的旅行
不斷演化直到可以飛行
在光速下奔走
把幾十億年前的痕跡磨平
刮除身上的魚鱗
過程中要接收多少雜訊
經歷幾次撞擊
兩顆星體才能相遇？
只為了留下一個吻
一個最難解的迷
005
нам необходима
рыхлость метафор
чтобы позволить реальности схлопнуться
вглубь черной дыры
бесконечная Вселенная деформируется до предела
сжимаясь
поглощает всю тьму вещей
даже свет исчезает
сознанье сочится в щель между сущим и небытием
мне не сказать сколько слов
способен вместить твой рассудок
во мраке нет ветрозащитного леса
мысли на последнем дыхании
вперед насилу ползут
005
我們需要
各種隱喻的鬆動
讓現實向內塌陷
縮成黑洞
漫無邊際的宇宙極度扭曲
收縮的結果
讓萬物陷入其中
連光都消失
意識正穿過無和有之間的夾縫
我無法判斷有多少話
能進入你的腦中
黑暗中沒有防風林
許多殘喘的念頭
奮力往前蠕動
016
тяжелым шагом
изучать притяженье земного ядра
я остаюсь здесь
становлюсь календарем
обрываемым день ото дня
любовь – непросохшее утро
падает вслед за бесполой рассветной росой
невзирая на слабую звукоизоляцию комната поглощает тебя
пока складываешь одежду – приходит печаль
уводит в магнитное поле
016
用沈重的腳步
研究地心引力
我留在這裡
成為一本日曆
不斷被撕去
愛是未乾的早晨
隨一滴朝露無性別墜落
房間隔音不佳卻把你吸收
摺衣服時悲從中來
往一個磁場走去
028
в конечном итоге время представляет собой
две поверхности зеркала спрессовавшие реальность
непрестанно множащие окаменелости душ
стоит зеркалам повернуться
как тела распадаются
виртуальные лики накладывают
ячейки сети и параболы друг поверх друга
в нижних слоях информации
жизнь обречена истечь как песок
он нанес знаки мне на спину
координаты чтобы не заблудиться
в иллюзиях
028
時間終究是兩面鏡子
把現實夾在中間
不斷繁衍靈魂化石
鏡面一轉動
肉身四分五裂
虛像重疊
網格與拋物線
在資訊的底層
生命注定如細沙漏盡
他在我的背上做記號
走入幻覺時
不易迷失的座標
033
осталось ли еще хоть немного металла
в голове у любовника-на-ночь чтобы мне провести электричество?
чтобы доказать связь электроприборов и мистицизма
проснувшись силой мысли лечу
утро – разве не ставшая островом птица?
ты даешь отмашку
и я ухожу
но тебе невдомек –
без тебя я стану совершенно прозрачен
из меня контейнер не очень
ведь вся суть контейнера
не меняться ни ради кого
033
隔夜愛人的腦袋
是否還殘留一些金屬供我導電？
證明電器與神秘學的關係
醒來時靠念力起飛
清晨不就是一塊變成鳥的島嗎？
你打個暗號
我就走開
但你不知道
沒有你我會完全透明
我不是個好容器
因為不為誰而改變自己
才是容器的真諦
037
изо дня в день меня проверяет начальник
как если бы он
снова и снова тер меня тряпкой
приговаривая что даже черное может блестеть
надеюсь ты сегодня не выгоришь
провалы – нередко суть просто последствия
его гениальных решений
раз уж ты так хорош в копании ям
почему не вернешься на Марс рыть каналы?
а я-то считал
себя воплощеньем ученого
хотел быть упитанным строгачом, нежным призраком
но пока он шел к успеху
я оставался в эконом-классе
037
老闆天天探視我
像用一塊抹布
天天擦拭我
告訴我黑也要有黑的光澤
願你今天不過勞
敗筆常常來自
老闆的神來一筆
既然這麼會挖洞
為何不回火星造運河？
我還以為
自己是科學家的縮影
想當個嚴格的胖子、柔情的鬼
但在他成功的路途上
我只是經濟艙
047
электромагнитными волнами
звездолеты исследуют даль, погружаясь в свое предназначение
в космосе – есть ли осколки, летящие прямо к Земле?
я передал память машине
там, где вращается дверь
обнаружил точку хранения
хрупкость уже состоялась
надеюсь, угасшая невозвратимо любовь
сможет меня простить
047
飛行器用電磁研討遠方
加深了他們的宿命
太空中也有碎片會飛向地球嗎？
我把記憶交給了機器
在大樓的旋轉門間
發現了儲存點
脆弱已經發生過了
願逝去的愛人
能原諒我
048
нам снова пора разлетаться
пыль данных покровом на мне
в конечном итоге алгоритм выдал:
я – человек не достойный внимания
толпы технологических беженцев
дезертиры онлайна
сложным цифровым следом
практикуют фланерство
веб-страницы которые никто не просматривает
чаты которые больше никто не читает
все это храмы в руинах
048
我們又要飄起來了
數據落塵將我屏蔽遮蓋
演算法終究還是算出
我是個不值得被注意的人
大量的科技難民
是網路世界的逃兵
用雜亂的數位足跡
奉行閒蕩主義
無人瀏覽的網頁
不再開啟的聊天室
都是陰廟廢墟
049
наконец добравшись до обсерватории на вершине горы
я осознал что все небо –
это музей принявший тебя
у новорожденного котика
шерстка блестит и лоснится
это – остаточный свет прошлой жизни
след подтверждающий: змей
однажды заполз на луну
049
終於到了山頂上的宇宙觀測站
我才發現整片天空
已是一座收藏你的博物館
剛生下來的小貓
身上泛著油光
那是前世的殘光粒子
證明一條蛇
曾爬上月亮的痕跡
II
001%
смотря на атмосферу Земли
с точки зрения Вселенной
чудо что я увидел
было простой случайностью совпадения
001%
以宇宙的視角
俯瞰地球上空
我所看見的奇蹟
是一種相遇的機率
008%
клетки все еще в облаках
мое тело шатается – отходит от головокружения
едва разойдясь с НЛО
008%
細胞還在雲端
我的身體持續晃動
暈眩時和幽浮擦身而過
018%
под действием неотменяемой гравитации
мы снова друг в друга влюбляемся
в рукав времени спрятав
ключи от галактики
018%
無法破解的引力
使我們一再相戀
把銀河的鑰匙
藏進時間的袖子
025%
вдоль рудоносных вен
если только мы станем ближе к ядру
время станет возможно обернуть вспять
025%
順著礦脈開鑿事件
只要我們更接近核心
時間就可以逆行
027%
эмулированная любовь в точности как настоящая
неутомимо друг друга воспроизводим
калькулируя непостижимые данные
правду заживо хоронить
027%
仿造的愛栩栩如生
不斷抄襲彼此
演算出龐大的數據
將真實活埋
048%
видавшая виды пишущая машинка
печатает клички
всех кошек на свете
звезда за звездой
048%
一架老式打字機
對應天空的星星
逐字打出
每隻貓的姓名
050%
завести себе аватар-двойника
день ото дня – тенью за ним по пятам
и лишь когда закончится игра
тогда познакомиться вам
050%
開一個分身
每天形影不離跟蹤他
直到遊戲結束後
才與他相認
051%
проникая в разломы Вселенной
я ищу встречи с тобой
подарить твоей душе поцелуй
если лишь раз – пусть будет лишь раз
051%
穿越宇宙的縫隙
我想與你相遇
即使僅止一次
也要吻上你的靈魂
061%
заручившись продолженной формой смерти
оператор ПО
имплантировал скромную голограмму
себе на широкую грудь
061%
程式作业员
用死亡的进行式
在他结实的胸膛上
植入低调幻觉
094%
взяв взаймы полную ночь ясных мыслей
спросить совета у мистика
как можно в мозгу
спаять черную дыру
094%
借一整晚鮮明的思想
和神秘學者請教
如何在腦中
焊接一個黑洞
096%
нож при нем в меру тверд
срезать рекламные баннеры по пути
спасать непонятных – еще не разгаданных тварей
096%
他隨身攜帶的刀軟硬適中
沿路消滅蓋屏廣告
搶救尚未讀取的神秘動物
III
метеорит
каждая точка пережившая столкновение
по тебе изнывает
隕石
每個撞擊過的地方
都很想念你
центробежная сила
чем сильнее хочешь избавиться
тем больней получаешь удар
離心力
越想拋開
越被重摔
всем сердцем – прощание с памятью
сколько еще чтобы освободиться
от твоей гравитации
так чтобы мое
падение не оказалось смертельно
если бы только я смог обнаружить
великий замысел жизни
тогда бы и сердцу космоса
хватило топлива длить свой полет
用整個靈魂跟記憶告別
還要多久才能解開
你的重力
好讓我不至於
摔得太致命
如果我能發現
偉大生命的意義
太空的心
才有燃料繼續飛行
астрономы
все мы
потомки астрономов
даем имена свету сущего
наши предки наблюдали созвездия
сквозя сознанием звезды
они погружались в безбрежное
как видишь
звезды и есть свидетели времени
взгляни – каждая из лучащихся точек на небе
изображает разное время
это – миры что параллельны друг другу
они цветут во Вселенной
словно бутоны
астрономы покрытые пылью
их души спрятаны меж лепестков
в волокнистой ночи
оставляют огненный след
высветляя тебе место Создателя
天文學家
我們都是
天文學家的後裔
為萬物光芒取名
觀察星象的祖先們
在意識穿過星星時
曾進入無限
如你所見
星星就是時間的證據
仰望天空中的每一個光點
都上演不同的時間
那是彼此平行的世界
在宇宙間
如花朵朵綻開
滿身塵埃的天文學家
靈魂還藏在花瓣間
在纖細的夜裡
擦出一條火光痕跡
為你指出造物者的位置
На обложке: «The rising moon over the Yukon and Kodiak Island, Alaska» by Fragile Oasis
Лицензия: CC BY-NC-SA 2.0
Добавить комментарий